Памятники науки и техники в собраниях музеев России

Говоря о совершенстве сотворенного человеком, о красоте и гармонии, о вечном стремлении людей к прекрасному, чаще имеют в виду бессмертные стихи и полотна, скульптуры и архитектурные формы, музыку и пластику танца. Каждое из этих чудес, конечно же, уникально, бессмертно и навеки сохраняет имя своего творца. И всякий вновь пришедший в этот мир человек, вступая в права наследования этими ценностями, становится выше, добрее, мудрее, способнее сотворять прекрасное и видеть глубже и дальше. В этом, наверное, и состоит смысл понятия «развитие культуры» как процесса накопления и передачи общечеловеческого опыта от поколения к поколению.

Гораздо реже емкое понятие «культура» распространяют на предметы техники или, например, на научные приборы. По молчаливому уговору считается, что это сопредельная с культурой область. Но так ли это? Ведь мир един, а формы отражения его познания многообразны. Философские обобщения выражаются и в научных теориях с последующей прикладной разработкой, и в музыке со всем разнообразием ее форм, и в литературе, и в живописи, и во многом другом. Гениальный Эйнштейн оценил великую работу Бора по квантовой теории строения атома как «высшую музыкальность в области мысли». Разве научное знание и техника не есть выражение опыта всего человечества, передаваемого от поколения к поколению? Нельзя, мне кажется, отождествлять понятие «культура» только с искусством; с другой стороны, нелепо настаивать на том, чтобы предметы техники оценивать с тех же позиций, с которых воспринимают произведения искусства. Предметы искусства уникальны и вечны по ценности, обращены к душе человека непосредственно и потому доступны для восприятия широкими слоями публики и не стареют вообще. Они, как правило, являются «детьми» конкретных людей, и уникальность их уже «охранная грамота». Предметы техники, напротив, тиражированы и целыми видами и поколениями вымирают, выходя из употребления, отрицаемые совершенством более нового: ушел от нас паровоз, лет через 30 современная система зажигания автомобиля полностью останется в прошлом; такая участь уже постигла мартеновские печи и т.д. Красота и гармония человеческой мысли, воплощенные в предмете техники, скрыты от многих, ведь большинство из нас способны воспринять лишь внешнюю оболочку предмета — дизайн, который, бесспорно, помогает ощущать эпоху. Предметы техники рождаются в результате творческих усилий многих людей, и в этом смысле они настоящая «безотцовщина». Но с другой стороны, техника — значительная часть среды обитания современного человека. Человек сотворил и продолжает создавать технику для освоения природы и в результате «вписал» в природную среду рукотворное дополнение, которое таит в себе угрозу, если у него нравственность будет отставать от могущества.

Вот почему сегодня остро стоит вопрос о воспитании у людей современного отношения к технике как составной части общечеловеческой культуры. Материальным фундаментом этой большой работы является сохранение памятников науки и техники, их научное описание — умелая, яркая, содержательная научно-популярная пропаганда, т.е. та работа, которой должны заниматься музеи науки и техники.

Но дело оказывается удивительно сложным с самого первого шага — сохранения. Привычное понятие «Памятник» вдруг теряет определенность, когда речь идет о конкретности и повседневности. Паровоз? Пишущая машинка? Кассовый аппарат? Образец сплава? Микросхема? Замысловатое тонкое литье? Радиолампа? Диаграмма теплового состояния космонавта? Так что же такое памятник? Как разглядеть его в том, что вчера еще было необходимо, а сегодня захламляет, загромождает, подлежит списанию и уничтожению? Как распознать памятник в том, что сегодня — повседневность?

Бесспорно, ответы на поставленные вопросы следует давать на какой-то научно-методической основе. Такая основа была предложена сотрудниками Политехнического музея (Москва) и продолжает развиваться совместными усилиями музейных специалистов Политехнического музея, их коллег из Санкт-Петербургских музеев — Центрального музея железнодорожного транспорта, Центрального музея связи, Музея М.В. Ломоносова, а также ряда других музеев, входящих в Секцию научно-технических музеев Российского Комитета Международного Совета Музеев.

Генеральный директор Политехнического музея Г.Г. Григорян